Рыночный фундаментализм - точка старта кризиса

48
Источник:   —  29 декабря 2016, 00:31

можно с уверенностью назвать гибель политических университетов. Избиратели из раза в раз делали неверный, на взор руководящего класса, выбор, в следствии чего над мировой экономикой сгустились тучи в виде Brexit, Дональда Трампа и банковского кризиса в Италии, грозящего перерасти в финансовый кризис в ЕС.

Рыночный фундаментализм - точка старта кризиса

Основным трендом 2016 г. можно с уверенностью назвать гибель политических институтов.

Избиратели из раза в раз делали неверный, на взор руководящего класса, выбор, в следствии чего над мировой экономикой сгустились тучи в виде Brexit, Дональда Трампа и банковского кризиса в Италии, грозящего перерасти в финансовый кризис в ЕС.

Как пишет в своей статье на Project Syndicate основной экономист Gavekal Dragonomics Анатолий Калетский, данная цепь происшествий была ожидаемой, правда для многих "специалистов" явилась неожиданностью:

"Самым огромным политическим сюрпризом 2016 г. стало то, что все оказались столь поражены. Я, абсолютно, не имел никакого права оказаться застигнутым врасплох: скоро после кризиса две тысячи восемь г. я написал книгу, в которой рассказал идею, что гибель доверия к политическим учреждениям наступает приблизительно через пять лет после гибели экономического".

"Мы отслеживали эту последовательность прежде. За первым крахом глобализации, описанным К. Марксом и Ф. Энгельсом в "Манифесте Коммунистической партии" одна тысяча восемьсот сорок восьмого года, последовали реформистские законы, дающие беспрецедентные права рабочему классу.

За крахом британского империализма после Первой мировой войны последовали "Новый курс" и модель государства общего благосостояния. А следом за крахом кейнсианской экономики после одна тысяча девятьсот шестьдесят восьмого года наступила революция Тэтчер - Рейгана. В своей книге "Капитализм 4.0" я утверждал, что политические потрясения сравнимого масштаба последуют за четвертым системным крахом глобального капитализма, о котором возвестил кризис две тысячи восьмого года.

Когда та либо другая модель капитализма удачно работает, физический прогресс снимает политическое давление. Но когда экономика терпит неудачу, – и это не попросту преходящая неудача, а признак больших возражений, – разорительные общественные побочные результаты капитализма могут стать политически опасными.

Именно это и случилось после 2008 года. Когда провал свободной торговли, дерегулирования и монетаризма стал рассматриваться как причина "новой нормы" в виде непрерывной грубой экономии и заниженных ожиданий, а не попросту временного банковского кризиса, то неравенство, потеря работы и неурядицы в культурной сфере, имевшие место и в предкризисный период, больше не могли считаться легитимными, аналогично тому как грабительские налоги 1950-х и 1960-х годов утратили свою легитимность в стагфляции 1970-х.

Если на наших глазах происходит именно такая трансформация, то последователи постепенных преобразований, пытающиеся улаживать определенные жалобы по поводу иммиграции, торговли либо неравенства прибылей, проиграют коренным политикам, бросающим вызов всей системе. И в некотором смысле радикалы будут правы.

Вину за исчезновение "отличных" рабочих мест в производстве невозможно возложить на иммиграцию, торговлю либо технический прогресс. Но правда эти векторы экономической конкурентной борьбе увеличивают обычный национальный доход, они не непременно приводят к общественно приемлемому разделению дополнительных прибылей. Для этого нужно целеустремленное политическое вмешательство по крайней мере на 2-х фронтах.

Во-первых, макроэкономическое управление должно, наравне с ростом потенциала предложения, сделанного с поддержкой технического прогресса и глобализации, предоставлять также рост интереса. Это фундаментальное кейнсианское состояние, временно отвергнутое в пору расцвета монетаризма в самом начале 1980-х, удачно реабилитированное в 1990-е годы (по крайней мере в США и Великобритании), но после опять позабытое в панике недостатка после две тысячи девять года.

Возвращение к кейнсианской модели управления спросом может оказаться основным позитивным экономическим последствием приезда администрации Дональда Трампа к власти в США, когда экспансионистская фискальная политика заменит значительно менее результативные попытки денежно-кредитного стимулирования. США, вполне вероятно, теперь готовы отказаться от монетаристской догмы о автономности ЦБ и таргетировании инфляции, а еще вновь сделать полную занятость приоритетом номер один в управлении спросом. Впрочем в Европе этой революции в области макроэкономического мышления придется ожидать еще не один год.

В то же время будет нужна вторая, больше важная, умственная революция, касающаяся государственного вмешательства в общественные итоги и экономические структуры. Рыночный фундаментализм таит в себе большое возражение. Свободная торговля, технический прогресс и иные силы, которые содействуют экономической "производительности", представляются пригодными для социума, даже если они наносят ущерб отдельным работникам либо предприятиям, от того что растущий национальный доход разрешает победителям выплачивать компенсацию проигравшим, гарантируя тем самым, что никому не будет хуже.

Данный метод так именуемой оптимальности по Парето лежит в основе всех моральных требований к свободной рыночной экономике. Политика либерализации получает теоретическое оправдание только благодаря допущению, что политические решения будут приводить к переразделению части прибыли от победителей к проигравшим общественно приемлемыми методами. Но что произойдет, если на практике политики поступят напротив? Дерегулированием финансов и торговли, усилением конкурентной борьбе и ослаблением профсоюзов руководства сотворили обстоятельства, которые в теории требовали переразделения благ от победителей к проигравшим. Но последователи рыночного фундаментализма не попросту позабыли о переразделении; они запретили его.

Предлогом было то, что налоги, общественные выплаты и прочие правительственные меры воздействия ухудшают толчки и извращают конкуренцию, препятствуя экономическому росту социума в целом. Но, согласно известному изречению Маргарет Тэтчер, "нет такого представления, как сообщество: есть отдельные мужчины и женщины, и есть семьи". Сфокусировав внимание на общественных превосходствах конкурентной борьбе и при этом не обращая внимания на то, во что она может обойтись определенным людям, рыночные фундаменталисты игнорировали метод индивидуализма, лежащий в основе их же собственной идеологии.

После политических потрясений текущего года неизбежное возражение между социальными выгодами и индивидуальными потерями больше невозможно игнорировать. Если торговле, конкурентной борьбе и технологическому прогрессу суждено стать моторами дальнейшей фазы капитализма, они обязаны будут совмещаться с вмешательством государства в переразделение прибыли от роста и притом такими методами, на которые Тэтчер и Рейган наложили табу. Нарушение этих табу не обязано обозначать возвращения к высоким ставкам налогов, инфляции и культуре зависимости 1970-х годов. Аналогично тому, как можно регулированием финансовой и денежно-кредитной политики свести к минимуму и безработицу, и инфляцию, переразделение тоже можно организовать так, дабы не попросту превращать налоги в общественные пособия, а предоставлять целеустремленную помощь работникам и сообществам, страдающим от глобализации и технологических изменений.

Взамен денежных подачек, которые принуждают людей выбрать работе долгую безработицу либо выход на пенсионную выплату, руководства могут перераспределять доходы от роста с поддержкой поддержки занятости и уровня прибылей территориальными и отраслевыми субсидиями и законами о минимальной заработной плате. Среди особенно результативных мер такого рода, как заметно на примере Германии и Скандинавии, – вложение денег в высококачественное профессиональное образование и переподготовку работников и студентов вне институтов, что дает возможность людям неакадемическим путем достичь уровня жизни среднего класса.

Все это может выглядеть как самоочевидная панацея, но руководства в основном поступали напротив. Они сделали налоговые системы менее прогрессивными и урезали траты на образование, отраслевую политику и территориальные субсидии, взамен этого вливая деньги в здравоохранение, пенсионное обеспечение и пособия, поощряя тем самым преждевременный уход на пенсионную выплату и инвалидность. Переразделение не касалось низкооплачиваемых молодых работников, занятости и заработной плате которых на самом деле угрожают торговля и иммиграция, а производилось в пользу управленческих и финансовых элит, которые получили максимальную выгоду от глобализации, и пенсионеров старшего поколения, чьи гарантированные пенсии охраняют их от экономических неурядиц.

Тем не менее движущей силой политических потрясений текущего года были пожилые избиратели, в то время как молодые в основном поддерживали статус-кво. Данный парадокс показывает, что посткризисное замешательство и разочарование еще не одолены. Но поиск новых экономических моделей, которые я назвал "Капитализм 4.1", определенно начался, и пока непонятно, пойдет это нам на пользу либо причинит ущерб".

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Власти сохранят контроль над ключевыми предприятиями

Власти сохранят контроль над ключевыми предприятиями

Про это глава Минфина сказал в телевизионному каналу "Российская Федерация 24". Антон Силуанов также отметил, что в ближайшие годы процесс...

63
Венесуэла купит оружие у Российской федерации и Китая

Венесуэла купит оружие у Российской федерации и Китая

-Очень скоро командующий (министр обороны Владимир Падрино Лопес - прим. ред.) отправится в Россию и Китай, дабы закрыть сделки и получить самые...

55
Трамп призвал жителей Америки "заняться своей жизнью"

Трамп призвал жителей Америки "заняться своей жизнью"

Из слов Трампа, США "следует заняться своей жизнью", компьютеры осложнили жизнь, а компьютерная эра привела жителей Америки туда, "где абсолютно...

53
Президентство Трампа - эра некомпетентности

Президентство Трампа - эра некомпетентности

не было ни одного достойного президента США, которого выдвинула Республиканская партия, считает академик экономики Калифорнийского института...

73
facebook
Нажмите «Нравится»,
чтобы читать 1NNC в Facebook